Рукописи не горят. Глава Первая. Предварительное определение искусства.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ    ДЖОНА   РЁСКИНА

 

        Неудача не преступление;

преступно ставить перед собой цели

ниже своих возможностей.

Д. Лоуэлл

 

Как говорил Белинский, задача истинной эстетики  состоит не в том, чтобы решить, чем должно быть искусство, а в том, чтобы определить, что такое искусство.

         Разве можно сказать лучше?

         И множество замечательных мыслителей  пыталось это сделать!

         Но их предложения всегда оказывались недостаточными.

         Что-то в них вызывало вопросы и не устраивало вопрошающих.     

Поэтому эти попытки и не закрепились в науке искусствознания.

И такое состояние искусствоведческой мысли многим не нравилось.

 Ещё давным-давно немецкий эстетик Шасслер взорвался негодованием: «Едва ли в какой либо области философских наук можно встретить такие грубые до противоположности способы исследования и способы изложения, как в области эстетики… изящная фразистость без всякого содержания, отличающаяся большею частью самой односторонней поверхностностью».

         Много написано об искусстве.

         Модно говорить об искусстве.

         Анекдоты об известных личностях, подробности их интимной жизни – прекрасное развлечение для скучающих домохозяек.

         Снобистские рассуждения благополучных людей – приятное дополнение к изысканному десерту.

         Но задача искусствознания – это определить, что такое искусство.

И, как мне кажется, логично рассмотреть хотя бы некоторые из многих предложенных определений искусства, понять их уязвимость, выделить сильные стороны и приблизиться к решению такой интересной и важной задаче –  к определению феномена искусства.

В математике за доказательство интересных, но только частных фрагментов математической логики, например, теоремы Ферма или теоремы Гаусса назначены огромные премии.

Человечество столетия не может сформулировать определение  важнейшего феномена человеческой жизни – искусства, и это  никому не интересно!

А зря!

Определение искусства более важная задача, чем доказательство любой частной теоремы математической логики.

Математическая логика существует как целостная структура.

Феномен искусства находится в состоянии хаоса.

                        ОПРЕДЕЛЕНИЕ  ДЖОНА РЁСКИНА

o518[1]

   И вот, давным-давно, господин  Джон Рёскин  предложил своё определение искусства:  «Искусство есть воспроизведение истинных идей, наблюдаемых в природе, при помощи анализирующей и творческой способности воображения».

 

         И всё бы хорошо! 

          Но вот беда!

      Воспроизводить истинные идеи, наблюдаемые в природе, с помощью анализирующей и творческой способности воображения могут самые разные области творчества.

         Совсем не обязательно эти области творческой деятельности должны принадлежать области искусства.

         Инженер, который строит мост именно этим и занимается.

      Он воспроизводит истинные идеи, наблюдаемые в природе, при помощи анализирующей  и творческой        способности воображения.

         Астроном, изучая законы вращения планет вокруг солнца, воспроизводит и передаёт человечеству истинные идеи, наблюдаемые в природе, при помощи анализирующей и творческой способности воображения.

         Хирург, который ампутирует ногу, поражённую гангреной, и заменяет её протезом, тоже реализует истинные идеи, наблюдаемые в природе, при помощи анализирующей и творческой способности воображения.

         Эти и множество других достойных людей занимаются самым настоящим творчеством.

         Их усилия достойны искреннего восхищения!

         Но вряд ли кому-то придёт в голову называть их литераторами или художниками.

         Поэтому, определение искусства, которое предложил господин Рёскин, удовлетворить никого не может.

         Но это определение подводит нас к очень интересному понятию, которое имеет огромное значение для существования человечества.

         Перед нами возникает одно из качеств человеческого сознания. А именно, самосознание.

       .Для дальнейших размышлений, нам необходимо, разумеется,  с нашей точки зрения, с точки зрения  художников, которые, по слухам,  когда Создатель раздавал людям разум, были  на этюдах, нам нужно попытаться понять, что такое одна из форм сознания – самосознание.

          САМОСОЗНАНИЕ

 

 Сознание человека коренится в переходе

пассивного страдания в активное.

М. Пришвин

 

Окружающий нас животный мир во многих своих проявлениях похож на мир человеческий. Мы можем наблюдать, как животные играют, охотятся, любят друг друга. Всё это поразительно похоже на поведение человеческих особей.

Животные способны украшать себя и свой мир, у животных проявляется чувство эстетического удовлетворения, то есть, они имеют дизайн, способ эстетического украшения себя и окружающего пространства, но у животных нет искусства.

         Это всем известное, но столь же и принципиальное отличие.

         И это отличие имеет важнейшее значение для понимания феномена искусства.

         Можно предположить, что это отличие проистекает из разных уровней работы мозга животных организмов и мозга человека.

         ПОДСОЗНАНИЕ определяет деятельность живого организма. Физиологические процессы в любом живом организме происходят неосознанно, подсознательно. Мы подсознательно делаем вдох, неосознанно сжимаем хрусталик глаза, чтобы хорошо видеть, без нашего замысла выделяются гормоны и очищается кровь. Подсознание обеспечивает механизм физиологической работы всех живых организмов нашего мира.

        СОЗНАНИЕ –  более очевидный уровень работы нервной системы. Как писал ещё Лейбниц, сознание присуще и человеку, и животному миру. Это механизм сознательных усилий поддерживающих процесс выживания. Многие зверьки запасают пищу на зиму, бобры строят жилища, обезьяны используют камни и палки.

Все эти проблески сознания закрепляются многократными, протянувшимися в веках, чувственно-эмоциональными, рукотворными и другими мышечными движениями.

По мнению И. М. Сеченова «Всё бесконечное разнообразие внешних проявлений мозговой деятельности сводится окончательно к одному лишь явлению – мышечному движению. «Смеётся ли ребёнок, при виде игрушки, улыбается ли Гарибальди, когда его гонят за излишнюю любовь к родине, дрожит ли девушка при первой мысли о любви, создаёт ли Ньютон мировые законы и пишет их на бумаге – везде окончательным фактом является мышечное движение»[1].

То есть, сознание, в конечном счёте, всегда фиксируется в мышечном движении.

Творческие способности вырастают из первичных чувственных аффектов, направленных на постепенное формирование синтетической трёхмерной модели мира. На основе произвольно-волевого механизма осуществляется взаимное наложение изначально разобщённых осязательных, мышечно-вестибулярных, звуковых и зрительных ощущений. И это наложение образует телесно-чувственный знак, вынесенный и локализованный в пространстве.

То есть из первичной неопределённо-поисковой пространственной локализации создаётся качественно новая трёхмерная модель  –  духовно-воображаемая.

И только при длительных упражнениях по взаимному наложению осязательного, мышечно-вестибулярного, звукового и зрительного ощущений, первичный разлитый по телу неоформленный чувственный знак начинает оформляться в структурированные формы, оформляться и выноситься в пространство в виде голографических образов окружающего мира. «С этих позиций мысль – это снятый и вынесенный в свободное пространство первичный телесно-осязательный образ»[2].         

Таким образом, сознание, которое существует и у животных организмов, и у человека, развивается в самосознание человеческого мышления, отличающее человека от всего остального живого мира.

        

         САМОСОЗНАНИЕ – это качество, присущее только человеку.

Это механизм, позволяющий строить модели окружающего нас мира, смотреть на себя и на весь мир со стороны. Исследовать,  в том числе и себя самого, обобщать и выстраивать прогноз, изменять волевым духовным усилием существующее положение вещей и выстраивать, как следствие наших помыслов и поступков, нашу внутреннюю духовную структуру.

Самосознание даёт человеку возможность осуществить право выбора.  

А такая возможность  вызывает человеческие духовно-нравственные   переживания, движения души, муки совести. Искусство возникает на   основе самосознания, на основе анализа осуществлённого человеком права выбора. Физиологические, эмоционально-чувственные ощущения перерастают в человеческое духовно-нравственное переживание с помощью самосознания. В этом корни  нравственности,  духовности и искусства.  

 Самосознание обеспечивает возможность абстрактно, отстранённо от бытового процесса, логически  мыслить и создаёт возможность для появления науки. То есть самосознание является основой и науки, и искусства. Но в науке чувственные качества самосознания преобразуются в логическое мышление.

Осознанное или почувствованное эмоционально-чувственное или интеллектуальное переживание и есть первичный элемент субстанции душевной жизни. Из человеческих переживаний состоит душевная жизнь как производное от самосознания. Из них же складывается феномен искусства.

Самосознание выступает как организатор и регулятор душевной жизни.

Всё правильно написал господин Рёскин: «Искусство есть воспроизведение истинных идей, наблюдаемых в природе, при помощи анализирующей и творческой способности воображения».

Всё правильно, но не до конца.

Самосознание, анализирующая и творческая способность воображения  лежат в основе любого творческого процесса.

Но анализ и творчество возможны во всех областях человеческой деятельности. Такое определение относится и к науке, и к искусству, и к техническому творчеству, и ко многим другим областям человеческой деятельности, а, стало быть, никак не определяет область наших исследований – искусство.

Потратим ещё одну страничку и завершим нашу краткую и не профессиональную экскурсию в области человеческого сознания.

 Существует ещё целый класс духовных явлений, которые играют огромную роль в духовной жизни человека.

Эти явления не контролируются сознанием, но не принадлежат и подсознанию, как инструменту физиологической жизнедеятельности.          Вдохновение, озарения, творческий взлёт, предвидения, пророчества происходят уже на уровне надсознания или сверхсознания.

       СВЕРХСОЗНАНИЕ обеспечивает связь внутреннего духовного мира человека с информационным полем планеты, а, может быть, и космоса. Об этом сегодня так много говорят, что есть опасность опуститься до банальности. Опасность такая существует, но и ничего не сказать об этом классе явлений тоже невозможно.

Человеческий мозг как антенна выбрасывает в пространство всю информацию о своей работе. Все характеристики и всю информацию о личности человека. Его переживания, стремления, ожидания, объективное состояние его физиологических органов. Видимо, вся эта информация о человеке передаётся и сохраняется в информационном поле планеты. С помощью какого физического механизма передаётся и сохраняется такая информация? Сегодня мы не имеем точного ответа. Но накоплено достаточное количество объективных фактов, которые вынуждают нас допустить, что существует вполне материальный, физический механизм, возможно, какое-то, ещё не освоенное физическое поле, возможно, имеющее волновую природу, которое способно выполнять такие функции.

Каждый человек выбрасывает в окружающее пространство всю информацию о себе, не подозревая об этом. Но, к великому счастью, эта информация, как правило, закрыта для других людей. Только иногда, в каких-то исключительных случаях, такая информация перехватывается сознаниями посторонних людей. Только редкие, особым образом одарённые люди могут читать такую информацию и даже навязывать свою информацию другим сознаниям. Можно воздействовать на другие сознания и с помощью технологий. Всё это ещё раз подтверждает, что объективные физические механизмы существуют, но, видимо к счастью, они сегодня не доступны человечеству в широком масштабе.

Человек состоит из белковой материи, но сама белковая материя, в конечном счёте, состоит из элементарных частиц. Каждая элементарная частица имеет электромагнитное поле. И все эти маленькие электромагнитные поля неизбежно складываются в общее поле каждого организма и даже каждого предмета. Поэтому каждый человек имеет своё особое электромагнитное поле, и с этим ничего не поделаешь. 

И логично предположить, что, в принципе, материальная и белковая в том числе субстанция, излучающая электромагнитное поле может быть восстановлена по этому индивидуальному полю.

Из этого следует, что библейские сказания о воскресении всех умерших людей после второго пришествия вполне могут иметь материальную физическую основу.

Отсюда возможно и вероятно, что и все духовные связи между людьми, животными и информационным полем планеты выстраиваются на базе каких-то вполне материальных механизмов.       

С этими же механизмами, наверное, связаны и духовные взлёты, озарения, открытия, предсказания. Если учёный или художник напряжённо работает над какой-то темой, то вполне возможно допустить, что в структурах его мозга возникает мощное поле, которое вступает во взаимодействие с общим информационным полем и, в какой-то момент, необходимая информация  проливается в сознание ищущего автора. Возможно, каким-то подобным образом, видели будущие события Ванга, Мессинг, Кейси и другие люди, владеющие особыми способностями.

Можно допустить, что сверхсознание обеспечивает переход от талантливых научных построений, от богатых духовных человеческих переживаний,  к гениальным всплескам глобальных интеллектуальных и духовных открытий.

Человек имеет самосознание, нравственное право выбора и поэтому, имеет искусство как инструмент развития своей внутренней духовной структуры и духовного потенциала человечества своим собственным волевым духовным усилием.

Искусство возможно только там, где есть самосознание, нравственная оценка, свобода нравственного выбора.

Но самосознание, при всех своих возможностях не может быть единственным инструментом создания  произведений искусства.  

Произведение искусства вырастает из фундаментальных, чувственно-эмоциональных, физиологических, ощущений, на их подсознательной основе. Более того, всё здание искусства строится на  чувственном, эмоциональном, даже физиологическом восприятии. Но физиологический, эмоциональный мир подсознания никогда не сможет подняться до уровня собственно искусства. Его возможности заканчиваются на уровне эмоциональных и эстетических ощущений живого организма и только. Живой организм эмоционально  и эстетически ощущает воздействие окружающего мира и, реагируя на него, увеличивает свои шансы на выживание.  Страх, радость, боль, любопытство, наслаждение – всё это помогает выжить.

Живой организм способен воспринимать окружающий мир эстетически, то есть чувствует сущность и проявление прекрасного в жизни.

Но в определении господина Рёскина об эсатетическом освоении окружающего пространства ничего не сказано. И господин Рёскин, наверное, почувствовал, что предложенное им определение искусства недостаточно. Оно не включает в себя важнейшую особенность феномена искусства, его эстетические качества.

И тогда Рёскин предлагает ещё и второе определение искусства: «Искусство есть выражение разумного и дисциплинированного наслаждения, доставляемого человеку формами и законами той вселенной, которой он составляет частицу».

 Это совсем другое дело.

 В этом определении Рёскин забыл все очень важные качества искусства, связанные с самосознанием и обратился исключительно к эстетическому удовлетворению, к наслаждению, заложенному в произведениях искусства.

То есть, с моей точки зрения, Рёскин пытается в этом определении подчеркнуть, что искусство обязательно должно вызывать эстетическое удовлетворение.

  И он опять совершенно прав!

 Но, к сожалению, в этом случае, совсем забывает о самосознании и выделяет только одно, разумеется, очень важное качество искусства!

 Но только одно!

 Действительно, в нашей, современной терминологии это качество можно сформулировать таким образом.

Произведение искусства вырастает из фундаментальных, чувственно-эмоциональных, физиологических ощущений, на их подсознательной основе.   Более того, всё здание искусства строится на чувственном, эмоциональном, даже физиологическом восприятии.

 Но физиологический, эмоциональный мир подсознания никогда не сможет подняться до уровня собственно искусства.

Его возможности заканчиваются на уровне эмоциональных и эстетических ощущений животного организма и только. Живой организм эмоционально и эстетически ощущает воздействие окружающего мира и, реагируя на него, увеличивает свои шансы на выживание.

Повторю ещё раз. Страх, радость, боль, любопытство, наслаждение – всё это помогает выжить.

Живой организм способен воспринимать окружающий мир эстетически, то есть чувствует сущность и проявление прекрасного в жизни.

Поэтому в животном мире есть эстетическое восприятие, есть дизайн, есть эмоции, но нет, и не может быть искусства.

И подытожим эти размышления на современном языке!

Красота – есть внешнее проявление совершенных законов совершенного Творения.

Красивое – это то, что создано и действует по совершенным законам.       Красивое несёт функцию опознавательного знака «свой-чужой».    Прекрасное – это своё, родное, лучшее из своих, это не опасно, это хорошо, это здоровое.

Прекрасное притягивает, защищает и помогает  выжить.

Уродливое, отталкивающее, отвратительное – это опасно, оно настораживает, это чужое, оно может погубить[3].

Математик Владимир Иванович Говоров провёл подробное исследование известных произведений изобразительного искусства с помощью математического аппарата. Оказалось, что композиции и элементы известных картин великих авторов строятся на основе набора математических констант.

Разумеется, художники не делали это специально, с линейками и угольниками в руках.

Но сверхсознание каждого человека объединено и сообщается со структурой всего мироздания, которое, в свою очередь, выстроено на основе общих и строгих математических законов и констант.

Некоторые способности и постоянная тренировка обостряют это сверхзнание и выявляют его в практической профессиональной деятельности художников.

И мы, неожиданно, находим эти совершенные законы и константы в самых разных проявлениях творческой деятельности в различных областях человеческого творчества.   

Но необходимо сделать ещё одно замечание по поводу второго определения искусства господина Рёскина, в котором он подчеркнул эстетические качества феномена искусства.

 Эстетические качества в произведении искусства обязательно должны быть нераздельны с самосознанием.

Эти качества не исчерпывают определения искусства. Но оба эти качества должны присутствовать в определении этого феномена.

Рёскин сформулировал оба эти качества, и это было огромным шагом вперёд, но разделил их.

Он определил одно качество, подумал, отказался от него и сформулировал другое качество.

Но принципиально важно то, что оба эти качества необходимы для определения искусства, но обязательно как  грани единого феномена.

Кроме этого, Джон Рёскин не заметил ещё несколько столь же необходимых качеств.

Физиологическое чувственно-эмоциональное и эстетическое  восприятие вырастает до искусства только при участии человеческого переживания – функции самосознания. С этим мы уже согласились.

Но произведение, выстроенное только на самосознании, без эстетического совершенства и без эмоционального, физиологического ощущения, без чувственной основы, рискует превратиться  в нравоучение, формулу, пусть самую совершенную,  или в холодный, информационный опознавательный знак, то есть в логическую, интеллектуальную, информационную структуру и вовсе потерять свои художественные качества.

Только совместное участие чувственного восприятия, эстетического совершенства и самосознания позволяют создать произведение искусства.

Но подлинных вершин искусство достигает, соприкоснувшись со сверхсознанием, явлением уже космологическим. Тогда мы можем говорить о шедевре, приобретающем общечеловеческое значение.

Но с другой стороны, в то же самое время, творческое  произведение, построенное исключительно на феномене сверхсознания, тоже теряет ассоциативные связи с миром человеческих переживаний, теряет связь с самосознанием,  приобретает мистические оттенки и столь же неизбежно покидает область искусства, став предметом религиозного культа, эзотерическим символом или мистическим предчувствием.

Всё это имеет тонкие, но вполне ощутимые границы.

Всё это может перетекать из одной области в другую, меняя своё сущностное значение.

Внешние качества могут сохраняться, но природа творческого произведения, его сущность, его предназначение, его функциональность будут уже другими.

 И только весь этот сложный, многогранный и многофункциональный комплекс вместе взятый, ещё не всё мною перечислено, приводит к появлению подлинного произведения искусства.

Только как комплекс, только как алгоритм – система последовательно выполненных действий или, в нашем случае, система группы качеств соединённых вместе, приводят к желаемому результату.  И мы попытаемся сформулировать определение искусства именно как алгоритм фундаментальных качеств, которые все вместе дают возможность описать столь сложный механизм – феномен искусства.

Окружающий нас мир не  прост. Он сложен и многогранен.

Именно поэтому, до сих пор не удалось сформулировать определения искусства.

Феномен искусства наиболее сложная ипостась окружающего нас мира. И нам необходимо собрать фундаментальные качества этого феномена в единый комплекс, в единый алгоритм качеств.

И в этой связи, как мне кажется, уместно вспомнить и рассмотреть ещё одно явление, которое имеет огромное влияние на интересующий нас феномен искусства. Я имею в виду ассоциативный багаж человеческого сознания.

Ассоциативный багаж создаёт базу сопереживания. А как мы выясним позже, сопереживание – это одно из фундаментальных качеств нашего алгоритма.

Ассоциативный багаж сознания автора или сознания зрителя определяет их способность участвовать в жизни феномена искусства и формирует  масштаб  их духовной и душевной личности.

Откуда же берётся ассоциативный багаж?

Или что формирует духовный масштаб личности каждого человека?      

Как  и из чего этот    багаж  складывается?

Как говориться, продолжение следует.

 


[1] В.Ф. Базарный Дитя человеческое М. 2009, стр.137

[2]Там же, стр.137

 

[3] Вопрос  понятия «красота» более подробно рассмотрен в книге «Убить искусство». В.Л. Крылов.  Москва, Астрея, 2005. Глава 2 и на сайте «Что такое искусство» www.vlkrylov.ru