Война и моё рождение. (из книг "Чрезвычайный и полномочный человек" и "Рукописи не горят")AD.

ВОЙНА И МОЁ РОЖДЕНИЕ

 

 

Срочную службу в рядах Красной Армии мой отец Леонид Иванович Крылов проходил в пограничных войсках на реке Амур. И в октябре 1941 года, когда опасность оккупации нависла над Калининской областью, где  Леонид Иванович работал секрктарём обкома, он командируется в политуправление Калининского фронта для организации и руководства партизанским и подпольным движением Калининской области.

За считанные дни нужно заложить базы партизанских отрядов, склады с оружием и продовольствием, организовать структуру подпольных организаций и партизанских отрядов, связь между ними и связь с центром. Леонид Иванович справляется с этой задачей. Последнее, что остаётся сделать – эвакуировать свою семью. Нельзя оставлять в оккупированном городе семью командира подполья.

Наши войска уже оставили город. С ними ушли гражданские и партийные власти. Партизаны на базах. Город вымер. В пустом обкомовском гараже удаётся найти какую-то брошенную машину и чудом завести её. Забрав семью, Леонид Иванович выезжает на просёлок, ведущий к пригородной железнодорожной станции, на которой стоит последний поезд, уходящий в тыл. Не доезжая несколько километров до станции, машина глохнет. Ночью, в мороз, почти бегом, удаётся успеть на этот последний поезд и отправить семью в эвакуацию.

Подготовка к подполью завершилась. Нужно заметить, что это было последнее наступление немцев на центральном направлении, и подготовка к подпольной борьбе проводилась гораздо основательнее и эффективней, чем в приграничных районах Белоруссии и Украины. Партизанские отряды и подполье области были хорошо оснащены и имели возможность вести активные и результативные боевые действия.

Действовали они отчаянно и дерзко. Много раз приходилось переходить линию фронта. Мне трудно представить как вообще это можно было делать.

Чтобы осуществлять эффективное оперативное руководство и связь с партизанскими отрядами, нужно было быстро передвигаться по территории большой области – размером с небольшое европейское государство. Отец рассказывал, как они ездили из одного отряда в другой на советской обкомовской эмке, с тремя автоматчиками и ящиком гранат прямо по основным шоссейным дорогам, которые контролировали немцы. Случалось, что они натыкались на фашистов и принимали бой. Забрасывали врагов гранатами и, непрерывно строча из четырёх стволов, успевали скрыться.

Основные боевые действия на территории Калининской области – это бои под Ржевом.

Бои продолжались 14 месяцев. Потери с обеих сторон были огромные. Более 1 000 000 человек с каждой стороны. Многие авторы и зарубежные, и отечественные обвиняют советское командование в бессмысленном уничтожении миллионов людей. На самом деле, ржевское противостояние имело колоссальное значение для хода военной компании 1942 года и для всей войны в целом.

                                

 

Немецкий генерал Хорст Гроссман, написавший книгу об этих событиях, очень точно определил значение Ржевской операции самим названием своей книги – «Ржев – краеугольный камень Восточного фронта».

Можно утверждать, что победа под Сталинградом была подготовлена и осуществлена благодаря тяжким боям под Ржевом.

Так в ходе очередного наступления наших войск на этом направлении с 30 июля по 23 августа были разгромлены три танковых дивизий вермахта (уничтожено 80% машин) и несколько пехотных дивизий. Эти дивизии были подготовлены для переброски под Сталинград.

Переброска не состоялась.

Вообще под Ржевом были скованы шестая часть всех немецких дивизий Восточного фронта – 11 танковых и 31 пехотных.

Той же задачи была подчинена и наступательная операция в декабре 1942 года. Операцией командовал Г. К. Жуков, а это означало для противника, что операция под Ржевом была самой главной на данный момент. Немецкое командование уже знало, что Жуков всегда командует самыми главными направлениями. Кроме этого, по утверждению тогдашнего руководителя разведки П. А. Судоплатова, немецкое командование было специально информировано о готовящемся наступлении под Ржевом. В результате под Ржев были переброшены десятки немецких дивизий, а операция под Сталинградом, куда действительно был вскоре переведён Г. К. Жуков, оказалась неожиданной и сокрушительной.

Тяжелейшие бои под Ржевом проходили на территории Калининской области, партизанскими отрядами и подпольем которой командовал Леонид Иванович Крылов. На территории Калининской области в годы войны действовали 100 подпольных отрядов и групп и 23 партизанские бригады, в которых сражались около 14 тысяч человек. Осуществляя руководство подпольем области, Леонид Иванович многократно переходил линию фронта и через подготовленные подразделениями разведки «коридоры», и с прикрытием боевых подразделений, и в ходе операций «разведки боем». В конце1942 года Калинин был освобождён.

После освобождения Калинина, в 1942 году Леонид Иванович был утверждён секретарём обкома по транспорту и заведующим транспортным отделом.

Казалось бы, после партизанской жизни совсем мирная работа! На самом же деле всё было совершенно иначе.

Отступая, немецкие войска старались взорвать, сжечь и уничтожить всё, что было возможно – вокзалы, водокачки, мосты, жилые здания, железнодорожные пути.

Наши войска, наступая, тоже не могли особенно заботится о сохранности железнодорожных сооружений, подвижного состава и линий связи. Необходимо было ликвидировать очаги сопротивления и наступать.

Шли тяжёлые бои.

Работала артиллерия и авиация.

Инфраструктура области была практически уничтожена.

Линия фронта отодвигалась на Запад, а по этой выжженной земле, на следующее утро, должны были беспрепятственно проходить на фронт эшелоны с пополнением, боеприпасами и техникой, а обратно в тыл – эшелоны с ранеными.

И по всему протяжению Калининского фронта сновал взад и вперёд маленький поезд секретаря обкома по транспорту, который состоял из паровоза, платформы с зенитной установкой и вагона, где размещался пункт оперативного управления и взвод охраны.

Значение фронтовых перевозок по Октябрьской и Калининской железным дорогам значительно возросло. Их бесперебойная работа стала самой насущной необходимостью – важнейшей военной операцией. Отец несколько раз вспоминал случай, который показывает напряжённость этой «мирной» работы.

Вечером состав остановился на небольшой станции, которая чудом относительно хорошо сохранилась, и было принято решение тут же и заночевать. Выставили охрану и скомандовали отбой. Утром они проснулись и говорят друг другу: «Ну, слава Богу! Хоть удалось сегодня поспать немного, ни бомбёжек, ни артналёта!» «А вы, товарищи начальники, посмотрите в окошко», - говорит им боец охраны. За ночь, от станции практически ничего не осталось, за железнодорожной насыпью дымилось то, что было опушкой леса, а от стоявшего рядом грузового состава – изуродованные останки нескольких вагонов. Привычка жить под постоянным обстрелом и запредельная усталость были так велики, что они не слышали ни рева авиационных моторов, ни разрывов авиабомб в непосредственной близости.

Это была обычная, ежедневная жизнь многих людей военного времени. А целью такой обыкновенной и привычной жизни – было спасение Отечества.

Cоветские люди работали не для прибыли и не за награды. 

После того как отец вышел из подполья, через девять месяцев появился на свет Божий и Ваш покорный слуга. 

Пабло Пикассо рассказывал всем, что он родился мёртвым. На самом деле это означало, что родившись, он никак не мог вздохнуть. Младенец, появившись на свет, начинает процесс дыхания и жизни с вопля. А Пикассо был живёхонек, но, по его рассказу, никак не мог закричать. Тогда его дядька – врач, выпустил в лицо Пабло струю сигарного дыма и тот заорал.

Всё обошлось благополучно!

А этот рассказ стал частью большой легенды о знаменитом человеке. Знаменит Пикассо! Увлекательно рассказывают о нём биографы. Но моя история куда страшнее.

Я родился вечером 31 декабря 1943 года. Шла война. Буквально на следующий день медсестра в роддоме, меняя пелёнки, поцарапала мне ногтём левую руку. На ранку никто не обратил внимания, было не до того, ранка нагноилась.

А через несколько дней разрослась в гангрену. Кажется, выход был только один.

Врачи настаивали на ампутации руки.

Отец не мог представить себе сына – безруким инвалидом с рождения.

Было решено сделать попытку вычистить рану и сохранить и руку, и меня.

И каждый день.

Много недель.

Без всякого общего или местного наркоза, мне вскрывали рану и вычищали гной.

Резали и чистили. Резали и чистили.

Это не струя сигарного дыма.

Физического страдания хватило с избытком.

Мой старший брат рассказывал мне, что когда он приехал с фронта в отпуск и подошёл ко мне, в моих глазах был испуг и вопрос – что ты ещё будешь со мной делать?

Но я выжил!

Гангрена отступила!

На всю жизнь остались только шрамы! Кажется, Создатель сохранил мне жизнь и решил дать мне возможность предложить художникам свою формулировку определения искусства.

                 

После моего выздоровления, в семье секретаря обкома партии, крестили обоих детей и ничего страшного не произошло.

Отец был назначен Председателем Комитета партийного контроля ЦК ВКПб Белоруссии.

 

                                  

 

Продолжение через 10-14 дней.