№ 4. Юность отца Леонида Ивановича

ЮНОСТЬ ОТЦА

                                                                            

                                                  Леонид Иванович после службы в армии

В 1918 году в Москве не было ни работы, ни продуктов. К этому же времени в деревне Шапкино скончались последние родственники, надел оказался пустым, и семья переехала жить в это забытое в лесах поселение. Там, в деревне Шапкино и прошло детство моего отца Леонида Ивановича Крылова. Вокруг деревеньки на многие вёрсты простирались ласковые среднерусские леса. В этих лесах местные мальчишки, после обязательной и тяжёлой крестьянской работы в семье, находили себе дополнительный приработок грибами, ягодами, плетением корзин, лаптей и охотой. Охотились и примитивно, и, в то же время, виртуозно как какие-нибудь индейцы Фенимора Купера. Использовались, в основном, силки, ловушки и самодельные капканы. А вот хорька, например, били, затаившись в засаде, одним точным ударом копья в нос. На самом деле про Фенимора Купера там никто не слышал, а вместо копья в руках была самодельная лыжная палка с металлическим наконечником, которым чаще всего оказывался какой-то обломок металлического предмета или просто гвоздь. Но самое интересное заключалось в том, куда деревенские мальчишки тратили заработанные деньги! Двенадцать мальчишек деревеньки Шапкино, имея крайнюю нужду практически во всём, на самостоятельно заработанные деньги, выписывали в складчину «Пионерскую правду»! Поэтому, совершенно закономерным результатом этой жизни и таких чтений, было вступление Леонида Ивановича в 1925 году в пионерскую организацию деревни, а в 1927 году в члены ВЛКСМ. А осенью 1927 года Ивану Алексеевичу удалось найти постоянную работу в Москве и Крыловы всей семьёй вновь переехали на жительство в Москву. В феврале 1928 года Леонид Иванович с биржи труда был направлен на работу, что было большой удачей, на обувную фабрику им. Капранова (тогда это предприятие называлось «Коллективом безработных №2). На фабрике отец окончил школу бригадного ученичества ( ФЗУ – фабрично-заводское училище), получил квалификацию закройщика и начал свою трудовую карьеру рабочим в закройном цеху. Очень скоро он сделался мастером обувной кройки и был выдвинут на работу инструктора-закройщика ФЗУ. В то же время, в возрасте 16 лет, отец был избран в члены московского городского совета по рационализации и изобретательству. Надо же, в 1928 году, ещё в пору безработицы и разрухи промышленности существовала организация, которая занималась вопросами рационализации и изобретательства на городском уровне! Здесь, как мне кажется, необходимо напомнить принципы образовательной системы, сложившейся с 1918 года. Русская национальная духовная и техническая интеллигенция была, в основном, уничтожена или выдавлена в иммиграцию. Детям русских банкиров, финансистов, адвокатов, профессоров, помещиков – то есть русским детям бывших правящих (или эксплуататорских) классов, было запрещено получать высшее образование и поступать в институты. Дети русских крестьян и рабочих, имели, как правило, только начальное образование и они не могли поступать в высшие учебные заведения по образовательным причинам. Но дети фабрикантов, юристов, профессоров, банкиров, издателей и даже помещиков национальных меньшинств были признаны детьми угнетённых народов, и им разрешалось поступать в высшие учебные заведения и получать высшее образование. Таким образом, в высших учебных заведениях тогдашней России не оказалось ни одного, практически, русского человека! Государствообразующая нация, по планам тогдашних руководителей и идеологов России, была априори отстранена от высшего образования и обречена на исполнение примитивного физического труда. То есть, по замыслу тогдашней власти, русский человек должен был нести на себе всю тяжесть примитивного труда и навечно остаться на самой нижней ступеньке социальной лестницы! И только после устранения из руководства страны Троцкого, Зиновьева и Каменева ситуация стала как-то исправляться. На всех фабриках были созданы ФАБРИЧНО-ЗАВОДСКИЕ УЧИЛИЩА, некоторое подобие среднего образования, после окончания которых, можно было поступать в техникумы и в высшие учебные заведения. То есть, сложилась разумная образовательная система. ФЗУ, в последствии ремесленные училища, готовили грамотных профессиональных рабочих, техникумы – руководителей среднего звена, а высшие учебные заведения – руководителей производства, научные кадры и кадры духовной и технической интеллигенции. Но к моменту этих преобразований, детям русских крестьян и рабочих после революционных лет уже исполнилось более двадцати лет, и подавляющее большинство из них обзавелось детьми. А каждый разумный человек понимает, как трудно окончить высшее учебное заведение, имея на руках семью. Остаётся только удивляться, как много талантливых русских людей преодолело эти изощрённые преграды, сумело получить образование и стать лидерами в самых разных областях человеческой деятельности!Королёв, Жуков, Лемешев, Симонов, Крючков, Грибов, Шолохов - огромное количество великих имён. Коренным образом ситуация изменилась только после окончания Великой Отечественной войны, когда приоритет в поступлении в высшие учебные заведения был предоставлен всем фронтовикам, среди которых, в соответствии с реальным пропорциональным наличием в стране, были уроженцы всех наций СССР. В 50-ые, 60-ые годы в университетах и институтах страны учились представители всех наций примерно в пропорциональных отношениях. Ваш покорный слуга, учился в эти времена в МОСКОВСКОМ ГОСУДАРСТВЕННОМ УНИВЕРСИТЕТЕ и во ВСЕСОЮЗНОМ ГОСУДАРСТВЕННОМ ИНСТИТУТЕ КИНЕМАТОГРАФИИ. В обоих учебных заведениях, на всех курсах учились и русские, и украинцы, и белорусы, и евреи, и кавказцы, и прибалты, и казахи, и киргизы, и карелы, и, даже, югославы – граждане СССР. Для поддержания национальных кадров, регулярно набирались целые национальные курсы – украинцев, болгар или монгол и все студенты понимали цели таких наборов и были согласны с таким положением вещей. Весь национальный вопрос исчерпывался безобидными шутками о болгаро-монгольском иге. Поступить в ведущие учебные заведения было трудно (в обоих вышеназванных институтах конкурс по 11 человек на место), но ни о каких взятках никто из нас не слышал. И никто из нас, студентов, даже не подозревал о существовании национального вопроса. Такого вопроса просто не было на нашем студенческом уровне. И, окончив свои ВУЗы, мы долгие годы сохраняли и сохраняем взаимные симпатии и дружеские чувства с нашими сокурсниками других национальностей. Мы до сих пор уверены, что пресловутый национальный вопрос был специально создан из уже уснувших в советские времена национальных предрассудков, раскручен и внедрён в повседневную жизнь с единственной целью – уничтожить наше государство. Мирные, демократические способы решения национального вопроса – это только циничное прикрытие наших недругов. Мы уже имеем тысячи жертв в Чечне, Ингушетии и Дагестане. Отдельные вспышки национальных противостояний прокатываются по всей стране. К сожалению, это может быть только началом. Жёсткие меры военных и послевоенных лет имели конкретные объективные основания. (Депортации прямых пособников фашистов в годы войны имели фактические основания. По законам военного времени все, кто помогал врагу, подлежали немедленному расстрелу. Вспомните приказ Гитлера расстреливать хотя бы за косой взгляд). В демократических США с начала войны были репатриированы в концлагеря, на всякий случай, все до одного этнические японцы. Уничтожение подпольных националистических групп и бандформирований в Прибалтике и на Западной Украине неизбежно приводило к жертвам, но несоизмеримым с жертвами национальных войн. Сейчас, это становится очевидным не только на опыте России, но и в практической жизни всего мира. И в Европе, и по всему миру прокатываются волны национальных противостояний уже на грани катастрофы. Сегодня мы имеем демократическое государство, где получило широкое распространение платное обучение. А русский народ, в очередной раз отстранён от высшего образования и в очередной раз диплом превращается в бумажку, которую можно легко купить за деньги. Очень немногие русские люди, ничтожная часть, представители 80% населения, смогли выбиться, по многим объективным причинам, в олигархи или просто в состоятельные слои общества. Русскому человеку, вновь готовят места на самой низкой ступеньке социальной лестницы. Такое состояние гражданского общества – является бесконечно опасным и для состоятельных граждан. Оно взращивает протест огромной части населения, который непременно взорвётся. С другой стороны юные отпрыски состоятельных граждан получают образование без усилий, почти насильно. Такое образование не пойдёт впрок. Всё это предвещает трагедию, если не катастрофу. В нашей истории жизни Леонида Ивановича Крылова всё было по-другому. Работая инструктором ФЗУ и продолжая обучение в кожевенно-обувном техникуме, в 1931 году Леонид Иванович избирается секретарём комитета ВЛКСМ фабрики им. Капранова и от коллектива фабрики депутатом Краснопресненского районного совета. Молодому рабочему было тогда 19 лет. В этом же году он принимается в члены ВКП(б). В феврале 1932 года Леонида Ивановича Крылова направляют на работу, на должность заместителя заведующего массово-производственного отдела, а затем заведующим этим отделом Краснопресненского райкома ВЛКСМ, вскоре он избирается членом бюро РК ВЛКСМ. Начинается политическая деятельность комсомольца 30-х годов Леонида Ивановича Крылова.

                              

                               Прощальное фото перед службой в армии

Продолжение через 10 - 14 дней.